Суд удовлетворил иск, поскольку в данном случае нетрудоспособность директора юрлица не является уважительной причиной для отказа победителя закупки в заключении государственного контракта по итогам закупки

22 ноября 2022

     ГУП (истец, предприятие) обратилось в суд с заявлением о признании незаконным решения УФАС России (ответчик, антимонопольный орган, управление), оформленного заключением от 07.02.2022; об обязании устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя в течение 5 рабочих дней со дня вступления судебного акта в законную силу, путем повторного рассмотрения сведений о включении ООО в реестр недобросовестных поставщиков.
     
     К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета иска, привлечено ООО.
     
     Решением арбитражного суда, оставленным без изменения постановлением арбитражного апелляционного суда, в удовлетворении заявления отказано. Арбитражный суд Московского округа постановлением от 10.11.2022 N А40-40519/2022 отменил указанные судебные акты и удовлетворил исковое заявление.
     
     Как установлено судами и следует из материалов дела, предприятие обратилось в управление с заявлением о включении сведений об обществе в реестр недобросовестных поставщиков в связи с признанием его уклонившимся от заключения договора по результатам аукциона в электронной форме, участниками которого могут быть только субъекты малого и среднего предпринимательства на выполнение работ по монтажу и пусконаладке системы автоматической пожарной сигнализации и системы оповещения и управления эвакуацией людей при пожаре в пансионате ГУП (далее - Закупка).
     
     В результате рассмотрения указанного обращения антимонопольным органом вынесено заключение от 07.02.2022, согласно которому сведения в отношении общества не рекомендованы ко включению в реестр недобросовестных поставщиков (далее - РНП). Предприятие, считая вынесенное решение антимонопольного органа от 07.02.2022 необоснованным и незаконным, обратилось с заявлением в суд.
     
     Признавая законным оспариваемое решение УФАС России, суды первой и апелляционной инстанций признали, что внезапность болезни директора общества и документы, подтверждающие намерение заключить договор, являются недостаточным основанием для применения мер публичной ответственности к обществу, поскольку в целях заключения контракта последним была проявлена должная добросовестность и заинтересованность в заключении контракта, в связи с чем включение сведений в отношении ООО в реестр недобросовестных поставщиков не может рассматриваться в качестве необходимой меры ответственности в данном случае.
     
     Однако судами двух инстанций при вынесении судебных актов не учтено, что Заказчиком закупка проводилась в соответствии с требованиями Федерального закона от 18.07.2011 N 223-ФЗ "О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц" (далее - Закон N 223-ФЗ) и Положения о закупке товаров, работ, услуг для нужд ГУП (далее - Положение). Кроме того, судами ошибочно применены положения Правил ведения реестра недобросовестных поставщиков (подрядчиков, исполнителей), утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 25.11.2013 N 1062 в порядке реализации требований закона N 44-ФЗ.
     

     Кроме того, как следует из обжалуемых судебных актов, в регламентированный период подписания государственного контракта и представления обеспечения имела место нетрудоспособность директора. Болезнь директора общества действительно могла свидетельствовать об отсутствии намеренного уклонения от заключения государственного контракта.
     
     Однако судами не учтено, что уклонение от заключения договора, являющееся основанием для включения сведений в реестр недобросовестных поставщиков, может иметь место не только при совершении умышленных действий, бездействия, но и в тех случаях, когда участник аукциона по небрежности не совершает необходимых мер, направленных на обеспечение соблюдения соответствующих норм и правил.
     
     Организация обществом своей работы, при которой заключение государственного контракта и представление обеспечения в установленный срок зависели от возможности лишь самого директора общества совершить соответствующие действия, его самочувствия и здоровья, не могла рассматриваться как обеспечение обществом соблюдения соответствующих норм и правил и принятие обществом мер для его заключения. О наличии препятствий у общества по привлечению к работе в обществе других сотрудников с учетом осуществляемой обществом деятельности ни общество, ни суды не указали.
     
     Вместе с тем ООО направило в адрес заказчика по истечению срока, установленного для подписания договора, уведомление об отказе от заключения договора, тем самым приняв на себя и все риски, связанные с таким отказом, установленные требованиями аукционной документации, Положением о закупке и требованиями действующего законодательства.
     
     Ссылаясь на факт обращения директора общества в городскую поликлинику, суды не привели (а общество не заявило) каких-либо обстоятельств, которые препятствовали обществу заключить договор в отношении государственного контракта, заключаемого по Закону N 223-ФЗ, привлечь иное лицо для совершения таких действий, как по гражданско-правовому, так и по трудовому договору. Именно с учетом этого заказчик, обращаясь в арбитражный суд, исходил из того, что заключение упомянутого государственного контракта было сорвано по небрежности общества, заявив соответствующие доводы. Оснований для их отклонения у судов не имелось.
     
     Кроме того, в материалы дела представлена копия независимой банковской гарантии без указания даты выдачи и не заверенная надлежащим образом, иных доказательств получения в соответствии с требованиями законодательства документов, подтверждающих намерение заключить договор, в материалы дела не представлено.
     

     С учетом изложенного суд кассационной инстанции пришел к выводу, что судами неправильно применены положения законодательства, регулирующего закупочную деятельность.